Художники
ЗДРАВСТВУЙ, ЛЕТО!
Можно хорошо отдохнуть, провести время с пользой...

Николай Ге. Пушкин в селе Михайловском

Ещё при жизни Пушкина к нему пришла любовь читательской России. В 1860-е годы изящная словесность подвергалась переоценке. Какую «реальную пользу» приносит поэзия Пушкина? — задавался вопросом разночинец Д.И. Писарев, считая поэта легкомысленным «служителем чистого искусства».

«Место Пушкина, — утверждал он, — в пыльном кабинете антиквария...» Но время всё расставило по местам: наследие Пушкина обрело широкого читателя, стало нужным как воздух. Интерес к личности поэта не утих, а мемуарная литература воссоздавала мельчайшие детали его жизни. «В те времена много речи шло о Пушкине, — вспоминал В. Стасов. — Писарев и его литературная партия сильно нападали на Пушкина, другие горячо отстаивали его».

Среди тех, кому был интересен образ великого стихотворца, был художник Николай Николаевич Ге. В 1860-е годы, во Флоренции, он вдохновился «Маленькими трагедиями» — сохранилась акварель на тему «Пира во время чумы». В начале 1870-х годов мастер горячо принял участие в конкурсе на проект памятника А. С. Пушкину.

Сюжет для очередной своей картины Николай Ге избрал неожиданный для современников: после поражавших драматизмом полотен «Тайная вечеря», «Петр и Алексей», «Екатерина II перед гробом императрицы Елизаветы» художник написал картину, где нет конфликта и столкновения характеров. Не слишком ли просто? Николай Ге не побоялся пойти наперекор мнению общества. Никогда не встречавшийся с Пушкиным живописец представил сюжет о том, как Иван Пущин, лицейский друг поэта, навестил товарища во время ссылки в Михайловском. В присутствии своей няни Арины Родионовны Пушкин читает не собственное стихотворение, а комедию Грибоедова «Горе от ума», которую ему в деревенскую глушь привёз приятель, знающий толк в словесности.

Николай Ге едет в пушкинские места – на Псковскую землю, посещает Святогорский монастырь, где похоронен Александр Сергеевич Пушкин.

На этюде, написанном в начале 1870-х годов,  видны приземистые монастырские стены, буйно разросшиеся деревья, выглядывающая из-за листвы колоколенка, прихотливо вьющаяся, пропадающая за горизонтом дорога.  

Художник видит посмертную маску поэта, читает его последнюю рукопись поэта, знакомится с Т.Б. Данзас – племянницей товарища Пушкина по лицею, а затем секунданта на дуэли, встречается с современницей поэта А.П. Керн: у неё в доме остались некоторые предметы мебели, бывшей у Пушкина. Он беседует с людьми из Михайловского и Тригорского и расспрашивает их о минувших днях.

В картине не должно было быть ничего «выдуманного». Всё «по-настоящему» – именно так, как было при жизни Пушкина. Однако со дня смерти поэта прошло лет сорок, последний визит Пущина в Михайловское состоялся полстолетия назад, а дом в деревне за это время продавался, перестраивался, ремонтировался, и подлинного кабинета, который был для Александра Сергеевича и столовой, и гостиной, и спальней, уже не осталось.

Николаю Ге, любящему точность, для создания картины понадобилось изучить «Записки о Пушкине» Ивана Пущина, чтобы представить великого поэта живой личностью, со своими привычками, своей манерой говорить.

«В этой небольшой комнате помещалась кровать его с пологом, письменный стол, диван, шкаф с книгами... — вспоминал Иван Пущин о посещении друга в 1825 году.— Во всём поэтический беспорядок, везде разбросаны исписанные листы бумаги... Подали нам кофе; мы уселись с трубками. Беседа пошла привольнее... Он, как дитя, был рад нашему свиданию... Я привёз Пушкину в подарок «Горе от ума»: он был очень доволен этой тогда рукописной комедией, до того ему вовсе почти незнакомой... после обеда... он начал читать её вслух...»

Именно этот фрагмент из воспоминаний Пущина подсказал живописцу сюжет будущей картины. На сохранившемся рабочем этюде к картине поэт читает, сидя в кресле. Но Николай Ге от этого отказался: не мог «непоседа» Пушкин сидеть, вальяжно устроившись в вольтеровском кресле. Поэт во власти эмоций, восхищённый, он наслаждается грибоедовским слогом. Вскочив, читает и бурно жестикулирует. А Пущин, любуясь им, откинулся на спинку кресла. Поодаль на диване устроилась с вязаньем няня поэта Арина Родионовна. Улыбаясь, она смотрит на радующихся, подобно детям, молодых людей.

Мы видим ясный зимний день. Солнечные зайчики высветили сочный фисташковый цвет скатерти, благородный тон красного дерева старинного дивана.

Впечатляет в данном произведении Пушкин, радостный, живущий на полном дыхании, исполненный надежд. Но современники обвинили художника в несоответствии полотна тому, что написано в мемуарах Пущина. Здесь не было ни «кровати с пологом», ни «шкафа с книгами». Николая Ге упрекали не в искажении художественной правды, а в отказе иллюстрировать первоисточник.

И всё же на IV передвижной выставке не было картины интереснее по сюжету, чем «Пушкин в селе Михайловском». Поэт Николай Алексеевич Некрасов приобрёл холст прямо с выставки и держал в кабинете до самой своей кончины. Теперь картина хранится в Харьковском художественном музее.

Незадолго до своей смерти живописец создал копию картины «Пушкин в селе Михайловском» и подарил её сыну поэта Григорию Александровичу. Сейчас картина находится в Санкт-Петербурге во Всероссийском музее имени А.С. Пушкина. 

 

Литература

1. Арбитман Э. Н. Жизнь и творчество Н.Н. Ге. — Саратов, 1972.

2. Зограф Н.Г. Николай Николаевич Ге. — Л.: Художник РСФСР, 1968.

3. Морозкина Е.Н. Псковская земля. — М., 1986.

4. Порудоминский В. И. Николай Ге. — М., 1970.

5. Тарасов В. Ф. Николай Николаевич Ге. — Л.: Художник РСФСР, 1989.