Февраль к нам пришёл морозный, метельный… По-настоящему зимний! Лиходейка-зима куражится.
Вот, кажется, смягчилась до плюса, закапала дождём, оттеплила снежные сугробы, превратив все пути-дороги в скользкий каток. И опять за морозы. И опять за снег.
В народных поверьях отмечено, что «февраль сшибёт рог зиме». Это значит, что студёные дни чередуются с оттепелями и намекают на скорый приход весны. Посмотрите на крыши. Там солнечные лучики жгут снег и расставляют клинки сосулек. Позванивает капель. А перемена погоды отражается на деревьях: все ветки покрываются то кружевным снегом, то хрустальным цветеньем.
По древнерусскому календарю февраль был последним месяцем года. Его называли «сеченем», словно он отсекал год. Называли и «меженем», обозначая календарную межу зимы и весны. Из-за снегопадов дразнили «снеженем», из-за морозов — «лютым», из-за вьюг и метелей — «ветродуем».
И всё-таки самая меткая кличка февраля — «бокогрей»: на солнечной стороне пригревать начинает. «Бокогрей» щедр и на снег, и на холод. Понемногу станет отпускать. Морозец легчает, но не раз налетит, ведь зима пока владычица.
Знатоки отмечают, что в феврале дороги становятся кривыми: ездоки объезжают, а ходоки обходят сугробы, двигаются по извилистой колее, то и дело петляя и сворачивая.
Говорят не зря: «Вьюги да метели под февраль полетели». Столбом гудит метелица. Ветер, как ошалелый, крупой сыплет, свитками завивает, стонет в щелях и трубах. А вьюга слепит нам очи. В загадке о ней сказано: «Вдоль села бежит лошадка весела, бежит да потряхивает». Потряхивает снегом, засыпая кочки и ямки. Пухнут сугробы, лубенеют речки.
И о морозе загадка есть: «Старик у ворот тепло уволок, сам не бежит и стоять не велит». Надо забежать куда-нибудь, чтобы погреться, а там и дальше шагать к дому.
Первый раз встречают весну 15 февраля. Холод сопротивляется теплу. Зима противостоит весне. Их встреча называется «Сретеньем». Когда затенькают громко капели, когда глубокие снега сникнут под настом, станут люди распевать веснянки — зазывные весенние песенки.
Не сдаётся зима, злится, плачет, на окнах выводит морозные художества — папоротники и пальмы, а воробьи-то уж «заватажились» по-весеннему. Стайкой летают, хорохорятся, шумно чирикают, вместе ведь веселей. И синица хрустальный голосок подаёт, протяжной мелодией отмечает перелом зимы.
Вот так февраль зиму замыкает и новому сезону дорожку показывает.
К. Бальмонт
Февраль
Февраль — Сечень, Февраль — печаль,
Короткий день, а дня нам жаль,
Короткий день, и длится ночь.
Тут как менять? Тут как помочь?
Февраль, он крут, Февраль, он лют,
Ему лишь ветры стих поют.
Сечет он снегом лица нам,
Сечет он зиму пополам.
Февраль — предатель. Бойся тот,
Кому Февраль теплом дохнет.
Он греет час, в обманах дней,
Чтоб ночью было холодней.
А. Мирошниченко
«Дотерпи до весны»
Февралю много имён дано. Кроме Лютого он Снежень, Сечень, Бокогрей. А ещё — месяц «Дотерпи до весны». Главная его примета — снега да метели. Так и говорят: «Снега да метели под февраль прилетели».
2 февраля — Ефим обломи тын. Сугробы в полный рост выросли. Он же Ефим-полузимник. А рядом 4 февраля Аксиния-полухлебница. Кормов половина осталась. Хорошо, у кого запасы есть. Тут уж на себя пеняй, как с осени поработал.
15 февраля Сретенье-Зимобор. Зима с весной встречаются, как кафтан с шубой. Что теперь мужику мороз, он зиму перерос! Дни стали отсвечивать. Всё больше следов на снегу. Зайцы носятся сломя голову, начались волчьи свадьбы.
На 23 февраля присловие: «До Прохора старуха охала: «Ох, студено!» Пришёл Прохор и Влас, никак весна скоро у нас!»
24 февраля «Сшиби раж с зимы». У коров отёлы. По деревням неслось радостное: «Пролилось маслице на дороги, уноси зима ноги!»
Всё, круг замкнулся! Здравствуй, весна-красна! Спасибо, матушка зима, за санные дороги, быстрые лыжни, весёлые праздники, за живую воду, что для нового урожая накопила ты в своих сугробах. И за то, что привела к нам весну-красну.
Время летит быстро, снова наступит твой черёд. Так будет всегда.
Ю. Друнина
Февральское
Ночью было за двадцать,
А к полудню сугробы осели.
Я люблю этот месяц —
Полузимний и полувесенний,
Схватку солнца и льда,
Пересвист птичих раций.
Пусть спешат холода
По ночам
За капель отыграться.
Лютовали сегодня опять,
А к полудню сугробы осели.
Ты ведь тоже такой —
Полузимний и полувесенний...
Б. Чащарин
Когда же заплачут сосульки?
Сколько снега нападало за ночь! Такие сугробищи насыпало, что за деревню выходишь прямо огородами: занесло заборы, не видно их даже. Сейчас бы походить вокруг соломенного скирда, посмотреть на двухстрочную вязь мышиных следов. Нырнёт вдруг такой следик в рыхлый снег — значит, приметил хвостатый воришка какого-то врага... Но пока темновато, а надо торопиться. Входить в зимний лес лучше всего в предрассветный фиолетовый час.
Не узнать даже в полумраке плакучей берёзы на опушке. Летом её распущенные косы чуть касаются травы, а теперь ледяными сталактитами вросли прямо в высокий сугроб. Как старой знакомой, кивнув вековой берёзе, ныряешь под какую-то разлапистую ветку и разом окунаешься в настороженную тишину застуженного леса.
Вот стройная зелёная сосенка, запорошенная голубым снегом до самой мутовки. Не налюбоваться её стройностью, удивительной симметричностью каждой веточки, каждой иголочки. Но бросит откуда-то сверху потревоженная ветка за шиворот тебе пригоршню колко жгучих снежинок, упрётся в колено острый еловый сучок — и невольно сбавишь шаг. Иначе в лесу нельзя.
Здесь торопиться некуда — тут скорость только помеха. Предательский хруст ломкого, засохшего сучка под неосторожной лыжей, нечаянно задетая ветка, оставившая в воздухе искрящийся столб алмазной снежной пыли, могут выдать тебя — и зачем тогда подниматься так рано? Пропал день.
Утро в лес приходит сверху. Видишь — снег под ногами засиял вдруг каким-то колдовским зеленоватым полусветом? Значит, тронул густые кроны строевых сосен первый солнечный луч. И вот уже, бронзовея, потекло солнце вниз по гладким стволам, весело брызнуло на застывшие в утреннем безветрии макушки берёз. И просветлел лес.
Снег под лыжами, снег, снег... Пластинчатый, рыхлый, рассыпчатый. И так ли уж он бел, как принято считать? Присмотрись внимательней, ведь под ногами у тебя белая радуга. Крохотные, незримые кристаллики снега, как бусинки росы, вспыхивают целыми ворохами искр — золотых, изумрудных, малиновых. И замерли неподвижно, словно изумляясь несказанной красоте своей, сквозные купы деревьев, по-зимнему редкие прутики кустов. Взгляд не упирается, как летом, в зелёную непроглядь. Далеко и чётко замечаешь вокруг самые крохотные детали, которых и не замечал раньше. Лучится, сверкает, переливается светом берёзка. И вдруг сквозь ажурную вязь ее ветвей замечаешь, как к бледно-васильковому небу примёрз полупрозрачной льдинкой запоздалый и наивный серпик месяца.
Маленькая лесная полянка. Чего только не увидишь на ней — стоит только притаиться. Смахнёшь варежкой снег с пня, высыплешь на круглый стол немудреные домашние гостинцы — хлебные крошки, семечки, кусочки мяса. Двух минут не пройдёт, как пожалуют в «лесной ресторан» пернатые посетители. Вот проворно сбежал по шершавой коре поползень. Бесстрашно сорвался со ствола, на лету схватил с пня кусочек мяса. И заторопились за ним желтогрудые синицы, нарядные хохлатые свиристели, снегири в неизменном своём красном жилете. И закачались под тяжестью птиц прямые гладкие ветки орешника. Пока он стоит застуженный, неживой; но пройдут считанные недели, и тронутся в нём соки жизни, просыплет орешник на синие мартовские тени на снегу золотую пыльцу с серёжек.
А потом заплачут сосульки…
Т. Лаврова
Последыш зимы
Февраль изменчив. Он – проказник!
Шалит, как ветреный мальчишка.
Испортит он сегодня праздник,
А завтра сам поймёт, что лишку
Хватил, и на попятный тут же.
Вновь засмеётся, как ребёнок,
Нагонит дождь, устроит лужи,
И будет шумен, весел, звонок.
Зимы последыш, обаяшка,
Сияет солнцем, сыплет снегом,
Испачкав белую рубашку,
Умчится, март позвав к забегу.
Т. Горова
Зимняя закалка
Февраль, как и декабрь, в народе называют «лютень». Есть у него и другое название — «бокогрей». Бывает вдруг так: пригреет солнышко, зазвенят капели, начнет свою песню большая синица — вот и весна словно бы пришла. Однако обманчив февраль, и не зря есть у него и ещё одно имя — «кривые дороги». Такие метели вдруг закрутятся, что перепутаются все дороги и тропинки, такие сугробы вырастут, что ни пройти, ни проехать.
Холодно... Вспомните, как после сильных заморозков жухнет трава, съёживаются листья, увядают цветы. Как же живут в долгие зимние месяцы растения, как сберегают себя, готовятся к весне?
Особенно тяжело в зимнее время деревьям. Вся их надземная часть возвышается над сугробами, ветви и стволы открыты. Самая страшная из бед, какие грозят им в эту пору, высыхание. Мороз иссушит влагу, замерзнет веточка и тут же погибнет. Во время холодов вода по стволу дерева не движется, поэтому пополнить запас влаги нечем.
Почему же деревья, если, конечно, морозы не слишком уж суровы, не погибают? Да потому, что они надежно защищены водонепроницаемым слоем. Правда, слой этот у деревьев и кустарников имеет несколько иное строение, чем у хвои. Он состоит из мельчайших мертвых клеток, напоминающих пустые ящики с тонкими стенками. Клеточки плотно склеены друг с другом. Оболочки клеток опробкованы (есть такой специальный термин), они непроницаемы для воды, пропитаны особым жироподобным веществом суберином. У молодых веточек такой защитный слой чуть толще листа обычной бумаги. Становятся ветки больше, толстеет и пробковый слой.
Но есть растения, зимующие под толщей снега. Они находятся в лучших условиях, чем деревья и кустарники, потому что влага не высохнет в них и в самые лютые холода. К тому же лесные кустарнички (о них сейчас речь): брусника, черника, к примеру, снабжены и специальной защитной тканью на стебельках и листьях, которая предохраняет растение от потери воды.
Другие растения вроде бы не боятся морозов и зимой остаются зелёными. Можно раскопать снег и увидеть на земле листья копытеня или грушанки, совсем такие же, как и летом. Вместе с зелеными листьями зимуют и почки будущих побегов. Но они плотно прижались к земле. Оттого никакой мороз им не страшен.
А у большинства трав только корни зимуют. У ландыша, например, или майника на тонких горизонтальных корневищах есть почки, которые дают жизнь новым побегам.
Холодно... Но вот что удивительно — зимние холода для лесных растений просто необходимы. Оказывается, почки деревьев и кустарников могут нормально распускаться только после зимних холодов.
Холода нужны и лесным травам. Если выкопать осенью луковицу пролески сибирской и посадить в комнатном тепле в банку с землёй, она не прорастёт: не прошла холодной зимней закалки.
Бродя по зимнему заснеженному лесу, не думайте, что растения слишком уж страдают от холода. Морозная зима необходима им — и чтобы отдохнуть, и чтобы набраться сил перед весенним расцветом.
